Облачко в небе

Источник

Илья молился, прося Бога ниспослать дождь. Люди устали от засухи. И тогда пророк в сопровождении молодого помощника поднялся на вершину горы Кармил.

— Пойди посмотри на море! — велел Илия юноше.

Тот внимательно всматривался в горизонт:

— Ничего не видно!

Илия наклонился к земле и погрузился в молитву.

— Посмотри ещё раз!..

— Ничего…

Шесть раз Илия повторял свою просьбу после сосредоточенной молитвы, и шесть раз помощник пророка смотрел в небо. Небо было абсолютно чистым.

И вот в седьмой раз Илия наклонился к земле и всем сердцем взмолился ко Всевышнему: «Дай дождя!»

— Облако! Господин, я вижу облако! — закричал помощник. — Оно небольшое, всего с мою ладонь, но  вот, посмотри, учитель, оно поднимается с моря!

Илия вскочил на ноги:

— Скорее! Вниз!

Спустившись с горы, Илия потребовал у поджидавшего его царя:

— Запрягай скорее колесницу и едем в город, чтобы не застал нас в горах дождь!

Ахав смотрел на небо и недоумевал: какой дождь? Крошечного облачка в небе почти не было видно.

Но когда колесницы уже были запряжены, небо вдруг помрачнело от туч, задул сильный ветер и хлынул с небес ливень такой силы, что царь, едва успев усесться в колесницу, заплакал от досады. Илия победил в испытании!

Сам Илия в колесницу не сел. Весь долгий путь от горы Кармил до города Изрееля, где стоял царский дворец, — а путь этот составлял почти пятьдесят километров, — пророк бежал перед колесницей, укреплённый силой Божией.

Вороны-кормильцы

Источник

Дни шли за днями, месяцы за месяцами, но земледельцы и пастухи напрасно ждали дождя или хотя бы капли росы. Семена не всходили, земля потрескалась и сделалась как каменная, пересохли многие ручьи и реки. Один за другим перестали бить источники. Пастухам нечем стало напоить и накормить стада. Скот стал гибнуть. Людям едва хватало воды, чтобы самим утолить жажду. Многие болели и умирали.

Бог, желая спасти Своего пророка от засухи, повелел Илии поселиться возле ручья, впадавшего в большую реку Иордан. Воду пророк брал из потока. Но где же здесь добыть пропитание? Только чудо спасёт. И чудо случилось.

Вот Илия стоит у ручья, воздев руки к небу. Он молится? Да. И чего-то ждёт… Тут в небе показываются чёрные птицы. Они приближаются. Каждая что-то держит в когтях и в клюве. Они подлетают к рукам Илии и опускают в его ладони… куски хлеба и мяса! Потом делают круг над его головой и исчезают в небесной синеве. Пророк со слезами благодарит Бога и принимается за трапезу. А когда он вновь почувствует голод, вороны опять принесут ему пищу.

Так прошёл год, прошёл другой, третий — засуха всё продолжалась. Настал момент, когда пересох и тот поток, который давал Илии воду. Находиться дальше в сухой пустыне пророк не мог. Тогда Господь повелел ему идти в землю, которая называлась Сарепта Сидонская, и поселиться там.

Илия-пророк: отшельник, избранный Богом

Источник

Было это за девять столетий до Рождества Христова. В землях, где однажды родится Спаситель, правил тогда царь по имени Ахав. Как-то к нему во дворец пришёл человек в лохмотьях. Он стоял перед троном царя Ахава и говорил. Говорил спокойно, уверенно и грозно, так, что со стороны не сразу было понятно, кто здесь великий властитель, а кто — нищий отшельник, только что вышедший из пустыни:— Знай, что три года не будет в Израильском царстве ни росы, ни дождя, разве только по моему слову!

Ахав растерялся: никто не смел разговаривать с ним таким тоном.

— Кто ты? — вскинул брови царь. — И по какому праву говоришь мне это? Ты предрекаешь, что будет засуха? Но по какой причине? И чем ты можешь это доказать?

— Я — пророк. Моё имя Илия. Меня послал Господь. Бог, Которого ты предал и забыл. Бог, Которого так ненавидит твоя жена Иезавель. Царь Ахав! Ты забыл веру предков и отступил от заповедей Бога! Народ твой погряз в грехах и в язычестве. Пожинай теперь плоды своего предательства!

И тут Ахав испугался...

Пророчество, которому не поверили

Почему испугался царь? Он знал, кто такие пророки: это особые люди, избранники Божии, с которыми Бог говорит напрямую и через которых передаёт Свою волю народу. И сейчас такой пророк грозит его народу великой засухой, а значит, гибелью всего его царства!

Царь уже готов был просить пророка вымолить у Бога пощады, но тут к трону его подошла женщина в богатых одеждах. Пока Илия произносил свои грозные речи, она стояла за перегородкой и подслушивала. Наклонившись к царю, женщина зашептала ему на ухо:

— Не слушай этого проходимца, супруг мой! У него нет никакой власти! Ты знаешь, как сильна великая богиня плодородия Астарта и как могуч бог грозы, дождя и войны Ваал! Они не допустят засухи. И потом, у нас есть свои предсказатели и жрецы! Их много! Зачем нам ещё?

Но Илия говорил царю правду, и его предсказание очень скоро начало исполняться: в Израиле наступила засуха.

Мира и благоденствия!

Илья-пророк в славянской традиции считался повелителем грома и молний и имел статус «грозного», но одного из самых любимых в народе святых. 

Ильин день — праздник дождя и урожая. Поэтому желаю всем, чтобы добродетель возрастала под ливнем благодати Божьей, а добрые помыслы не оставляли наш разум.

"Я рыжий, я русый, я русский..."

Константин Бальмонт был самым знаменитым русским поэтом начала ХХ века. Блок был самым любимым («вседержитель моей души»), Брюсов – самым почитаемым («русской речи Всадник Медный»), Северянин – самым популярным («пора популярить изыски»). Бальмонт – именно «знаменитым»: в этом звонком летящем слове слышатся и «знамя», и «знаменье».

Современники видели в Бальмонте «заморского гостя», «чужестранца» и даже «инопланетное существо», отказывая ему в русскости. «Поэтому столь неорганична русская тема в поэзии Бальмонта», – заявил советский литературовед Владимир Орлов в 1969 г., впервые после смерти поэта представляя его стихи читателю на родине. Это неправда, причём злонамеренная! Бальмонт объехал весь мир, переводил с дюжины языков, которые добросовестно изучал. И на всем протяжении более чем полувекового творческого пути оставался русским человеком и русским поэтом.

У него и фамилия какая-то нерусская: Бальмóнт! Так называли Константина Дмитриевича восторженные поклонники и поклонницы – он не возражал. Декаденту, писавшему то про «замок Джен Вальмор, красавицы надменной», то про «странный вымысел безумного Эдгара», такая фамилия подходила идеально. Однако правильное ударение, как доказал петербургский историк литературы Константин Азадовский, должно стоять на первом слоге: Бáльмонт. Именно так произносил свою фамилию министр станкостроительной и инструментальной промышленности СССР Борис Бальмонт, внучатый племянник поэта.

Фамилия все же нерусская. Откуда она происходит? Семейное предание о не то шотландских, не то скандинавских предках побудило Константина Дмитриевича придумать историю про викинга Балмута… так же, как Михаил Юрьевич Лермонтов возводил историю своего рода к средневековому шотландскому барду Томасу Лермонту. Настоящая фамилия предков Бальмонта была… Баламут. Декаденту она точно не подходила, а футуристы ещё не появились.

Ссылка здесь

"Как ясен август, нежный..."

Константин Бальмонт

Август

Сонет

Как ясен август, нежный и спокойный,

Сознавший мимолётность красоты.

Позолотив древесные листы,

Он чувства заключил в порядок стройный.

В нём кажется ошибкой полдень знойный,-

С ним больше сродны грустные мечты,

Прохлада, прелесть тихой простоты

И отдыха от жизни беспокойной.

В последний раз, пред острием серпа,

Красуются колосья наливные,

Взамен цветов везде плоды земные.

Отраден вид тяжёлого снопа,

А в небе журавлей летит толпа

И криком шлёт "прости" в места родные.

1894 г.

Когда поздравить Алису Селезнёву? Узнайте дни рождения знаковых героев книг

Источник

Алиса Селезнева — книги Кира Булычёва

Точная хронология приключений Алисы из книг Булычёва не получается, но исследователи его творчества всё же смогли привести все разночтения к общему знаменателю. Получилось, что Алиса с большой долей вероятности родилась 17 ноября — то ли 2079-го, то ли 2080 года. Ну а в прошлое на поиски Коли Герасимова и миелофона она отправилась в апреле 2091 года. Правда, в самой повести упоминается 2082-й, а в недавнем фильме «Сто лет тому вперед» действие вообще перенесено в XXII век. Впрочем, это ничего не значащие мелочи.

Почтальон Печкин — «Протоквашино»

Отметим, что Игорь Иванович Печкин, почтальон из деревни Простоквашино, существует в двух версиях. В первую очередь это Печкин из книг Эдуарда Успенского (повесть «Дядя Фёдор, кот и пёс» вышла в 1974-м) и советской анимационной трилогии 1970-80-х; там Печкину примерно 50 лет, то есть его дата рождения — 1920-30 годы. В современном мультсериале, который выходит с 2018 года, Печкину около 60 лет, и дата его рождения названа точно — 1 сентября 1960-го.

В Гослитмузее открыта выставка о Булгакове и Пастернаке

Источник

Дом-музей Б. Л. Пастернака в Переделкине - один из самых посещаемых филиалов Государственного литературного музея. Дом-замок за высоким забором с полностью сохранённой потомками и музейными хранителями обстановкой...

Ершалаим поднимается перед глазами посетителя выставки в картонных стенах и акведуках 

Тут нет ленточек, ограждающих экспонаты. В кабинете можно потрогать стол, за которым работал поэт, присесть на его кушетку (никто, конечно, не садится), заглянуть в линзу телевизора, стоящего в гостиной. На стенах оригиналы картин и набросков знаменитого художника Леонида Пастернака, отца поэта.

Повод к выставке "И началась гроза". Булгаков и Пастернак. Встречи и пересечения"- 135-летие со дня рождения Михаила Булгакова. А еще 60 лет назад в журнале "Москва" начал выходить роман "Мастер и Маргарита", и в 1956, с передачи итальянскому издателю рукописи романа Пастернака "Доктор Живаго", начался мировой путь книги.

Пересечения кураторы и художник ищут и находят в прозе, стихах и поступках героев книг Пастернака и Булгакова, выстраивая на выставке сюжет про то, как написанное переходит в жизнь и становится частью жизни.

Встречались они трижды. На именинах прозаика и драматурга Константина Тренева в 1935-м, Борис Пастернак поднял тост за Михаила Афанасьевича, как, по его выражению, за "незаконное явление" в литературе. Но столь же незаконно незаурядной, как выяснилось через десять с небольшим лет, оказалась и проза самого Пастернака. И у обоих незаконно, вопреки установленным тогда правилам и канонам, вышли в свет их романы.

В центре веранды - покрытый красным сукном стол. За таким "решались вопросы", такими вот синими и красными карандашами вычёркивались абзацы и страницы. Справка, выданная Булгакову о запрете его пьес. Письмо Горькому с просьбой поддержать ходатайство о выезде... Прямо по скатерти грозные цитаты из газетных статей 30-х: "ударим по булгаковщине!", "это мещанство, выпирающее из нутра автора"... На другой стороне стола - всё то же, сказанное о Пастернаке в 1958-м. Ни дать ни взять - Синедрион из "Мастера и Маргариты", на котором тоже "решались вопросы".