Новость о нормализации слова «махаю» вызвала в обществе серьёзный ажиотаж. О лингвистическом инциденте написали все крупные СМИ. Одни просто ретранслируют новость, другие возмущены попранием «великого и могучего», а третьи приняли нововведение со стоическим спокойствием. Редакция «МК» обратилась к людям, напрямую связанным с языком — филологам, литературоведам и профессорам крупнейших вузов, чтобы выяснить, «так ли страшен чёрт» и как эти перемены отразятся на жизни носителей русского слова.
Слово закрепилось в Большом словаре ударений 2025 года, но внимание на это обратили совсем недавно. Рядом с «махаю» раньше располагалась пометка о его разговорности, но сейчас её убрали. По словам Юлии Кузнецовой, лингвиста портала «Грамота.ру», просторечие теперь приравнено к литературному «машу»; образованные люди уже давно используют в речи оба слова, а сам «язык стремится всё унифицировать» — что бы это ни значило. Равноправие слов закреплено и в Орфографическом словаре русского языка как государственного, разработанном в Институте русского языка им. В.В.Виноградова.
Доктор филологических наук и профессор МГУ имени М. В. Ломоносова Лидия Малыгина объясняет, что переходы от разговорного к нормативному происходят постоянно. На это влияет частота употребления в устном общении и в медийной сфере. Нормативный язык всегда балансирует между «так говорят люди» и «так принято в письменной культуре».
Тем не менее эксперт советует относиться к языку с осторожностью и не отождествлять норму с правильностью — последняя зависит от жанра и цели. Например, в официальных документах и научных текстах следует ориентироваться на специализированные словари и рекомендации профильных учреждений. В повседневной и публицистической речи проще ориентироваться на живую практику, учитывая стиль и аудиторию.
Литературовед и публицист Евгений Бень считает изменения естественным процессом. Литературные нормы, по его мнению, время от времени стоит корректировать, учитывая постоянное развитие языка. В качестве исторических примеров он привел смену ударения в слове «творог», устаревшее после революции словосочетание «поиск за человеком» и допустимое во времена Карамзина «для того что» в значении «потому что».
Но саму «легализацию» слова «махает» литературовед назвал поспешной, поскольку в русском языке есть речевые конструкции, пристальное внимание академиков к которым было бы приоритетнее: «Большинство вполне образованных людей ныне говорит «пять килограмм» вместо литературной нормы «пять килограммов». Начинать нужно с таких очевидных вещей, а не с «махает», которое можно услышать в электричке». Ориентироваться в вопросах изменения языка Евгений предлагает на речь образованных людей.
Комментариев нет:
Отправить комментарий